Список альбомов:


Нужна помощь!

Вход Господень в Иерусалим 12.12.2011
Нужны сестры милосердия

Братья и сестры!

Руководство Медсанчасти № 9 города Перми и настоятель храма святого великомученика и целителя Пантелеимона священник Ярополк Призюк просят всех неравнодушных людей помочь в уходе за больными людьми.

Перейти в раздел »


Вход Господень в Иерусалим

Вход Господень в Иерусалим

Вход Господень в Иерусалим является одним из главных событий последних дней земной жизни Господа Иисуса Христа, которое описано всеми  четырьмя евангелистами. Торжественное прибытие Спасителя в Святой град накануне праздника Пасхи предшествовало Его Страстям и было осуществлением ветхозаветных пророчеств.

Воспоминанию этого события посвящен один из основных церковных праздников, который в Православной Церкви включен в число двунадесятых. Его празднование совершается в воскресенье, предшествующее празднику Светлого Христова Воскресения и предваряющему собой Страстную седмицу.

Поскольку в символике и события Входа Господня в Иерусалим важное место занимают пальмовые ветви, этот праздник также называют Неделей ваий. Святитель Амвросий Медиоланский толкует данное именование следующим образом: «Именно чрез масличное дерево, из коего происходит елей, умягчающий раны и врачующий болезни, означаются дела милосердия; а чрез крепкое финиковое дерево, ветвей которого оконечности белы, означается то, что после скорбей настоящей жизни мы преселимся в свет Небесного Отечества».

Какое событие легло в основу праздника Входа Господня в Иерусалим? За пять дней до иудейского праздника Пасхи Господь подошел к селениям Виффагия и Вифания у Елеонской горы вместе со Своими учениками и поручил двум из них привести Ему молодого осла, на которого никто никогда не садился. Когда они исполнили повеление, Христос сел верхом и стал спускаться с горы к Иерусалиму под приветственные возгласы учеников и народа, которые встречали Господа, постилая свои одежды и срезанные с деревьев ветви на Его пути, радостно восклицая: «Осанна Сыну Давидову! Благословен Грядущий во имя Господне! Осанна в вышних!» (Мф.21:9; Мк.11:9; Лк 19:38; Ин.12:13).

Вход Господа в Иерусалим на осле была осуществлением пророчества Захарии (Зах.9:9).

Евангелисты особо подчеркивают, что на осла до Христа никто никогда не садился, и это, безусловно, указывает на ритуальную чистоту животного и возможность принесения его в жертву Богу.

Вероятнее всего, прибытие верхом на осле было событийной воспоминанием помазания Соломона на царство (3Цар.1:32–40). Иными словами, Вход Господень понимался как вход истинного Царя Израиля в Иерусалим, что подтверждается и тем, что встречающие клали Ему под ноги свою одежду (Мф.11:8; Мк.11:8; Лк.19:36; ср.: 4Цар.9:13).

Однако чрезвычайно символично следующее. По традиции все без исключения паломники входили в Иерусалим пешими – в знак смирения и почитания Святого города и храма. Евангелисты же говорят лишь о том, что Христос приблизился к Иерусалиму, сидя на осле, и не уточняют, как именно – верхом или пешим – Он прибыл туда.

Большое значение имеют указания на использование встречающими Христа людьми ветвей, которые не упоминаются только в рассказе евангелиста Луки. Матфей и Марк говорят о том, что народ устилал перед Христом путь срезанными с деревьев ветвями, или побегами, или листьями финиковой пальмы (Мк.11:8; Мф.21:8). При этом до конца неясно, как именно использовались эти ветви людьми: возлагали ли их на пути, или держали в руках.

Если все же предположить второе, то рассказ о встрече Христа предстает описанием настоящей религиозной процессии и отсылает к ритуальным пальмовым ветвям, которые фигурировали на осеннем празднике Кущей. Данное мнение приобретает еще большую доказательность, если не забывать, что Входу Господню в Иерусалим предшествовало воскрешение Лазаря, которое в свою очередь предвозвещало Воскресение Христово и всеобщее воскресение мертвых. Но ведь данные события выступают еще и в качестве тем праздника трубного звука, который проходил перед праздником Кущей. Кроме того, для последнего празднования были характерны ликование и радостные восклицания (Ис.12:6; 42:1–2; 44:23; Иер.31:7; Зах.9:9), также указывавшие на будущее воскресение мертвых (Ис.26:19). Очевидно, этим и объясняются возгласы осанна (буквально «спаси же»), которые с молением о помощи обращены к Богу.

Все евангелисты, кроме Марка, отмечают недовольство иудейских учителей обстоятельствами рассматриваемого события, и в первую очередь тем, что Иисус Христос не запретил встречать Его словами «Осанна Сыну Давидову! Благословен Грядущий во имя Господне! Осанна в вышних!», однозначно понимавшимися как мессианское приветствие.

Протопресвитер Александр Шмеман так раскрывает смысл царского Входа Спасителя во Святой град:

«В тот день, за шесть дней прежде Пасхи, Он явил Своё Царство на земле, открыл его людям, призвал их, а с ними и всех нас, стать гражданами этого Царства Христова, подданными этого смиренного Царя, Царя без земной власти и без земного могущества, но всесильного любовью.

Мы живём в мире, в государствах, отрёкшихся от Бога, занятых только самими собой, дрожащих за свою власть, силу, могущество, победы. И почти нет в этом мире места Божьей любви, Божьему свету, Божьей радости. Но вот, в этот единственный день в году, когда стоим мы в переполненных храмах и поднимаем вербу и гремит опять это царское Осанна — мы говорим себе и говорим миру и свидетельствуем: не умерло, не погибло, не исчезло с лица земли Царство Христово, так ярко засиявшее в тот день в Иерусалиме.

Мы говорим Богу: Ты еси един Господь, Ты наш единый Царь, и мы знаем и верим и утверждаем, что победит оно, это Царство Твоей любви, Твоей победы над грехом, над злом и над смертью, и что радости этой веры никто не отнимет от нас. Пускай полагают люди все свои надежды на силу и насилие, пускай верят только в пушки, в тюрьмы и в страх. Пускай мучают других людей. Нет, не устоит это царство насилия, зла и лжи. Рухнет, как рухнули все прежние царства, как исчезли все прежние властелины. А Твоё, Господи, Царство пребудет. И настанет время, когда любовью Своей Ты утрёшь всякую слезу с глаз наших, растворишь в Своей радости всякое горе, пронзишь светом вечности созданный Тобою мир.

В Вербное Воскресенье мы знаем, что после этого торжества Своего Христос начнёт восхождение к страданиям и к смерти. Но свет, зажёгшийся в этот день, будет освещать и эту бездонную тьму. За крестом и смертью взойдёт заря неизреченной пасхальной радости. Вот смысл и сила этих удивительных дней, когда, завершив пост, мы готовимся следовать за Христом к Его вольной страсти, к Его победному снисхождению в смерть, к Его преславному Воскресению в третий день».

Поскольку совершенно очевидна неразрывная связь между Входом Господним в Иерусалим, чудом воскрешения праведного Лазаря и Страстями Господа, соответствующее празднование в православной литургической традиции является, с одной стороны, началом Страстной седмицы, с другой – наступает после Лазаревой субботы.

В древней (до X века) иерусалимской богослужебной практике в этот праздник вечером происходило торжественное символическое шествие с пальмовыми ветвями, которое возглавлял епископ, шествовавший, вероятно, верхом на осле – как в свое время Иисус.

Нечто подобное сохранило и соборное богослужение Константинополя IX-XII столетий. Итак, Божественная Литургия начиналась не в Святой Софии, где была утреня, а в храме, посвященном Сорока мученикам Севастийским, куда Патриарх отправлялся верхом на жеребце.

В послеиконоборческих византийских монастырских Уставах – Студийском и Иерусалимском – богослужение Входа Господня в Иерусалим в целом приняло свой современный вид.

Рассматриваемый праздник включен в цикл Постной Триоди. Одной из его отличительных особенностей является отсутствие предпразднства и отдания. Хотя их функционально-литургической заменой можно считать шестую седмицу Великого Поста (особенно Лазареву субботу).

Итак, согласно Уставу общий формуляр празднования Входа Господня в Иерусалим таков. Предписывается всенощное бдение, состоящее из великой вечерни, великого чтения, утрени и 1-го часа. Бдение предваряется малой вечерней и трапезой. Исхождение из монастыря, символизирующее известное шествие, совершается после часов. На Литургии положены праздничные антифоны.

Отдельно надо указать на следующий факт: при строгом запрете на вкушение рыбы Великим Постом на праздник Входа Господня в Иерусалим она дозволяется.

В русской богослужебной практике XVI-XVII вв. на протяжении длительного времени (вплоть до начала XVIII столетия) значительную роль играл чин шествия на осляти в Неделю ваий. Оно представляло собой усложнение предписанного Уставом праздничного крестного хода, во время которого Патриарх или архиерей с крестом и Евангелием в руках ехал по городу верхом на осле или (обычно) на наряженной лошади.

Отдельного упоминания достойны молитвы на благословение и освящение ваий. Всего по рукописям известно четыре текста: Собезначальне Слове непостижимаго Твоего Отца: – Господи Боже наш, иже кивотом: – Владыко Господи Боже наш Вседержителю: – Господи Христе Боже наш, седяй на херувимех. Однако только последняя молитва содержится в принятых ныне в Православной Церкви богослужебных книгах. Непосредственное ее чтение предваряется тем, что предстоятель кадит ветви. В русской практике принято также после молитвы окроплять ветви святой водой.


Комментарии

Заголовок комментария:
Ваш ник:
Ваш e-mail:
Текст комментария:

Введите текст на картинке
обновить текст